<МЕТА> - Україна | Блоги | Русский
<META> - Україна
Інтернет
Реєстр
Новини
Реферати
Товари
Блоги
шукати в співтоваристві КиноМЕТА
Авторизація
Логiн:
Пароль:
 
#

Календар

 Липень 
Пн
Вт
Ср
Чт
Пт
Сб
Нд
 
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
#

Расхристанный Триер. О датском принце и современной кинокритике

kuklean | 2010-10-27 00:39:02  
Повідомлення прочитано 4636 раз

взято на "Свободном мире"

Выход в прокат фильма Ларса фон Триера "Антихрист" вызвал небывалый ажиотаж. Скандальная известность вкупе с эпатажными сексуальными сценами и религиозным заглавием картины обеспечили зрительский интерес. Первую неделю показа картины в Москве "Антихрист" собирает аншлаги, невиданные для артхауса со времен выхода "Страстей Христовых". Но феномен картины, как ни удивительно, совсем в другом. Это тот уникальный случай, когда зритель после просмотра остается неудовлетворен увиденным только что и пытается найти ответ на вопрос: о чем же фильм "Антихрист" и где найти информацию по этому поводу?

Кино как массовое искусство давно уже подстраивает себя под зрителя. Если режиссер производит эксперименты над публикой, то, как правило, они уже заранее просчитаны с позиции коммерческого потенциала ответственными за эту сторону вопроса людьми. На фильм, который рискует быть не понят зрителем, продюсеры денег не дадут. По сравнению с Голливудом, европейская система кинопроизводства строится на дотациях. Чтобы получить достойный бюджет и ангажемент, режиссер должен доказать свой класс опять-таки на том, как его творчество вызывает отклик зрителя. Но чем выше уровень известности режиссера, тем больше соблазнов испытывает он в попытке потакать вкусам публики. Стандартная схема для карьеры многих европейских кинодеятелей, получивших признание на родине - это путь в Голливуд как признание американскими студиями умения режиссеров понять то, что хочет зритель. Ларс фон Триер не пошел по пути многочисленных коллег: от соплеменника Билле Аугуста, получившего два главных приза Канн (у Триера он один), сейчас увязшего в многочисленных копродюсерских постановках до отечественного режиссера Тимура Бекмамбетова. Датский режиссер, несмотря на то, что снял несколько фильмов, сюжет которых развертывается в Америке, уехать туда отнюдь не собирается, да и вряд ли это вообще возможно, если учесть его давнюю неприязнь к этой стране и боязнь летать самолетами. Кроме того, Триер считает себя величайшим режиссером, что не располагает его к компромиссам. Финансовых трудностей он тоже сейчас не испытывает.

И вот появляется "Антихрист" - фильм, созданный на основе скандального материала одним из ведущих мировых режиссеров, не желающим идти на поводу у зрительских вкусов и ожиданий. Ситуация довольно уникальна: если попытаться сопоставить две последних картины датчанина, то снятая ранее камерная "Самый главный босс" не вызвала и десятой части пересудов, по сравнению с новой лентой. Вероятно, это случилось от того, что сюжет "Босса" сам по себе был относительно понятен, и никаких мысленных усилий для понимания его среднестатистическому зрителю можно было и не предпринимать. Феномен "Антихриста" - в его загадочности: зрителю непонятна мотивация героев, неясна композиция фильма; все выглядит так, как будто бы есть какая-то скрытая от непосредственного взгляда система, согласно которой действуют персонажи.

Рядовой зритель, как правило, определяет свое отношение к просмотренной картине в системе координат "понравилось / не понравилось", что вполне согласуется с логикой индустрии развлечений, реализующей удовольствие по коммерческой стоимости. Рейтинг нового фильма Триера загнал его в раздел "Не понял", который, с добавкой "Но там, возможно, есть какой-то смысл", спутал карты всем участникам процесса удовольствия. Но здесь нас больше интересует не карман неожиданно обогатившегося прокатчика, у которого такие незапланированные рейтинговые "взрывы" иногда все-таки случаются, а кинокритика. Именно к ней ринулся зритель, чтобы та объяснила ему, что же Триер имел в виду? Наша же, российская кинокритика, как правило, работает в формате неглубокого занимательного текста, чуждого любому анализу содержания. Но так как содержание "Антихриста" не вписывалось в рамки банальной обывательской логики, то рецензенты представили еще не старого режиссера, как выжившего из ума извращенца. Увы, фильм Триера - всего лишь лакмусовая бумажка для нашей прессы, чурающейся искать какие-либо смыслы, заменяя их спойлерами и сплетнями вокруг актеров. Нынешний уровень мирового кинематографа настолько далеко оторвался от провинциальной российской кинокритики, что выглядит в ее глазах лишь средоточием глянцевых персонажей и "еще что-то" в довесок. К примеру, полностью отсутствует восприятие мирового кинопространства как идеологического фронта, реагирующего на актуальные проблемы современности. Поэтому любой фильм, сделанный без учета зрительского интереса, но имеющий содержательную структуру, обречен на непонимание прежде всего информационного пространства, задачей некоторых секторов которого в идеале было бы объяснить неискушенному зрителю что он увидит или (не) увидел в фильме. Вместо этого читатель наблюдает перед собой хор субъективных мнений о том, кому из критиков понравилась игра каких-то актеров, а кому нет. По сути, сегодняшний кинокритик отличается от простого зрителя лишь тем, что умеет использовать яркие метафоры в тексте и находится в курсе последних сплетен, - кто с кем спал, сколько получал, в какой цвет покрасил волосы. Это, конечно, ценно для некоторой части зрителей и читателей, но остальные найти ответ на вопрос "Что имел в виду Триер в последней картине?" в подобной прессе не смогли.

 

В интервью, которое дал Триер до того, как фильм "Антихрист" был впервые показан на Каннском фестивале, он назвал этот проект "гностическим хоррором". Религиозный подтекст преобладает в творчестве режиссера. Сам он когда-то назвал себя верующим (католиком), поведав, что в молодости имел экстремальный религиозный опыт. Ниже приводится попытка анализа фильма "Антихрист", выполненная при участии теолога. Ввиду исключительности таланта режиссера, текст не претендует на полноту раскрытия того, что Триер пытался сказать, но ставит задачей разобраться в столь сложном и исключительном произведении современного кинематографа.

 

Название картины пишется в титрах раздельно - "Anti Christ". Греческая приставка "анти" переводится не только как "против", но и как "вместо", "вместо Христа". Собственно, и библейский Антихрист - человек, который будет выдавать себя за Бога (2 Фес. 2:3-4). Но не только этому человеку-богоборцу, чье появление будет предшествовать второму пришествию Христа, свойственно желание подменить собою Бога. В природе человека всегда, начиная с грехопадения, было стремление стать богом без Бога. Змий, искушающий женщину в Эдеме, обещает, что после нарушения запрета люди станут как боги (Быт. 3:5).

 

Традиционно женщина обозначает чувственную часть природы человека, а мужчина рациональную. Их единство передается в прологе ленты через акт совокупления, а в части "Отчаяние" выражается обращением героя к героине "Я - все твои мысли, вызывающие страх. Ты - рациональное мышление, я природа. Все, что ты называешь природой". Два персонажа фильма, мужской и женский - это, по выражению героя Дефо, природа всех человеческих существ.

 

Как считалось в упоминаемом в фильме Средневековье, в разуме человека содержится весь мир, и его состояние определяет состояние природы. Как говорит герой Уиллема Дефо, "мысли искажают реальность, а не наоборот". Изменение природы человека вследствие грехопадения привело к изменению всей природы в целом. Человек утратил власть над природой, и теперь "хаос правит миром", природа ополчилась на человека и на саму себя. Рука героя, выставленная за окно, покрывается паразитами; птенец, выпавший из гнезда, пожирается сначала муравьями, затем вороном; олениха рожает мертвого детеныша. Естественная среда обитания, где героиня всегда хотела жить, внушает ужас, природа становится церковью Сатаны. На вершине пирамиды страха "природа" сменяется "Сатаной" и в итоге остается "я" - сам человек.

 

Утрата заставляет человека искать потерянный рай, но возвращение туда - процесс непростой и требующий усилий, изменения себя: ведь это не место, а состояние. Восхождение возможно только после того, как чувственная привязанность к миру умерла.

Грехопадение является причиной не только разделения человека с миром. Слово "шизофрения" также означает "разделение". В искаженной грехом человеческой природе духовная и телесная составляющие разобщены, и не разумная часть природы контролирует чувственную, а наоборот, плоть диктует свою волю духу. Расщепление этой природы вследствие греха показано через сумасшествие героини: она, чувственная сторона человеческой природы, сковывает человека, препятствует его духовному восхождению.

Персонажи картины Триера имеют серьезную символическую нагрузку. Трое нищих - три части фильма - три животных, обозначающих разные стадии жизни человека. Трое нищих, явление которых должно произойти перед смертью, напоминают трех странников, в виде которых Бог явился Аврааму под Мамврийским дубом: смерть есть переход из телесного мира в мир, где бестелесное и невидимое становится явным. Дуб в картине тоже обозначен, - именно под ним, в доме, происходит практически половина действия, включая совместное появление животных. Огромное количество падающих желудей говорит об избыточности действий природы, о ее ориентированности на то, чтобы причинить страдание своим созданиям (еще одна схожая метафора - смешение спермы с кровью). "Плач желудей как плач приговоренных к смерти", - говорит героиня.

 

Ситуации, в которых показаны животные на экране, помогают нам глубже понять природу их образов. Олень, который в эпизоде своего появления, волочит за собой мертвого детеныша, отсылает к первородному греху, "рождению в муках" - его неизбежности для живых существ. Лиса – боль - показана нам как выдирающая куски плоти из собственного тела. Это жизнь человека, его существование, которое сопряжено с болью, наносимой не только самому себе, но и окружающим. И, наконец, смерть в образе вороны - характерна сцена в лисьей норе, где герой словно пытается спрятаться от неминуемого конца, но птица уже ждет его внутри. Он пытается убить ворону, но смерть нельзя убить - раз за разом она, словно не обращая внимания на его действия, продолжает издавать звуки.

 

Но какой выход есть из этой безнадежной ситуации - мира, искаженного грехопадением? Триер не пессимистичен, он рисует человеку выход по Новому Завету. Пробитое бедро, со вставленным в нее точильным кругом, отсылает евангельской истории распятия Иисуса Христа. Круг барабана стиральной машины, появившийся в прологе в моменте гибели мальчика, останавливается после падения ребенка на землю - как окончание круга его жизненного пути. Точильный круг - это земная жизнь; чтобы попасть в райские обители, надо не умереть, но отказаться от чувственного, греховного, плотского. "Ибо, что Он умер, то умер однажды для греха, а что живет, то живет для Бога", - пишет апостол Павел (Рим. 6, 10). Эта мысль в фильме выражена в сцене, где персонаж Шарлотты Генсбур отрезает часть гениталий, а также в сцене с сожжением ее.

Апостол Петр писал: "Потому что и Христос, чтобы привести нас к Богу, однажды пострадал за грехи наши, праведник за неправедных, быв умерщвлен по плоти, но ожив духом, которым Он и находящимся в темнице духам, сойдя, проповедал" (1 Пет 3:19-20). На пути героя домой, словно из воздуха появляются идущие ему навстречу обнаженные люди, словно грешники из ада, сошедших с картин Босха. После распятия Иисус нисходит в ад, освобождая оттуда заключенные души праведников, находящихся там из-за первородного греха. Толпа людей с размытыми лицами в финале картины, двигается на экране снизу вверх, подобно восхождению из ада. После воскресения, Иисус, для того чтобы убедить неверующих в то, что он не дух, ел пищу. То же может увидеть и зритель в жесте главного героя, когда тот съедает пригоршню ягод.

 

То, что Триер разделил человека на мужское и женское, да так, что первое добивается спасения, а второе гибнет – не страшно. Такой художественный прием, разумеется, не понравится никакому феминистскому жюри, но полов у людей всего два, поэтому режиссеру выбирать было особо не из чего. Как было сказано ранее, пара в картине - это единое целое, человек в разбиении на две составляющие. То, что в финале толпа безликих женщин бежит наверх, лишь подчеркивает стороны художественного приема, который применялся автором без попытки оскорбить женскую половину человечества. Абсурдно предполагать, что все грешники, томившиеся в аду из-за первородного греха - женщины (там, например, был и Адам). Не слабый пол, а всех, кто не мог обрести рай ранее, но благодаря искупительной жертве Иисуса, вознесся, отображает в финальной сцене режиссер.

 

Какими же словами попытались выразить наши критики отношение к фильму Триера и его создателю? Самый популярный прием, который они применяют, - это объявить о психическом нездоровье режиссера. Из этого, как правило, делается следующий вывод: ненормальный человек мог создать только ненормальный фильм. Если раньше, тот факт, что Триер является одним из ведущих режиссеров современности, ими особенно не оспаривался, то теперь этот факт упоминается лишь с издевкой, как мнение, в которое сам Триер поверил и остался в одиночестве. Триер неоднократно являлся зачинателем мод не только европейского, но и мирового кино. Каждый новый нестандартный проект режиссера вызывает волну подражания. Через год-два, число фильмов, в которых зрителю будет не так легко разобраться, станет ощутимым. И тогда прессу ждет коллапс, - она будет писать примерно так: "режиссер Х сошел с ума", "режиссер Y свихнулся". А диагноз будет подписан: "критик Иванов (всегда по умолчанию трезвомыслящий)".

Что же делать? Прежде всего, необходимо организовать хотя бы какое-то подобие диалога среди пишущих о кино. Критикам не помешало бы чаще обращать внимание на своих коллег по цеху и хотя бы иногда пытаться вступать в публичные дискуссии. Мир отечественной кинокритики напоминает куликов, рассевшихся по своим болотам и никак не реагирующих на соседей. Понятно, что формат СМИ зачастую не располагает к взаимному диалогу: сегодня критик пишет о "Трансформерах", завтра об Альмодоваре, а послезавтра о каком-нибудь дешевом трэше. Оглядываться назад и по сторонам - это не задача пишущих в СМИ. Страдает от данной ситуации лишь читатель, у которого по ходу дела подрывается доверие к печатному слову. Если сегодня спросить у рядового читателя, насколько он доверяет кинокритике, что он ответит? Назовет ли он фамилию своего любимого критика? За что он любит его? Ведь тот, в свою очередь, должен как-то справляться с функцией хоть какой-то ориентации в потоке фильмов, задавать и раскрывать понимательный контекст кинопроизведения до, а не после просмотра. Как часто после сравнения своего мнения с мнением любимого критика у зрителя остается ощущение, что автор рецензий "недоработал"? Как часто читатель встречает в текстах рецензий отсылки к текстам других критиков? Редко или никогда? Современная ситуация приводит к тому, что на коне лишь те из критиков, которые пишут неважно что, но лишь бы красиво. Этакие опыты в эссеистике, за которые, формально, никто предъявить не сможет. Лидером формата навсегда останется Роман Волобуев ("Афиша") как "критик", умеющий замысловато закрутить смысл любой фразы, но за ними все равно останется лишь одинокая и вечная для него "тема сисек". Притом, что один из лидеров современного поля отечественной кинокритики, обнаруживает полную несостоятельность в публичных дискуссиях, как это однажды уже произошло на книжном фестивале при очной встрече с Константином Эрнстом, разбившим его в два счета. Мифы "волобуевых" обречены на рассеивание при контактах с любой действительностью, которая не принимает их звездный статус. Но почему другие деятели критического поля не входят в контакт друг с другом, сверяя позиции, чтобы не опростоволоситься при выходе в свет? Загадка. Отчасти это происходит потому, вероятно, что каждый из критиков не боится высказывать любое, самое фантастическое мнение, какое только сгенерирует его сознание, потому что никто из коллег никогда не остановит фантазера, не скажет, что его интерпретация - бред. А читатель съест - он ко всему привык.

Не так давно местная кинопресса озаботилась поиском смысла в картине Михаэля Ханеке "Белая лента", получившей главный приз в Каннах. Только ленивый не написал о том, что поведение детей в фильме олицетворяет скорый приход фашизма. На поверку выяснилось, что критики растиражировали высказывание режиссера о содержании своей работы. Но в той цитате, помимо того самого "фашизма", стоявшего на втором месте, были еще "тоталитаризм", "фанатизм" и... "международный терроризм". Куда вставить эти "нехорошие вещи", критики, видимо, не знали. Сам же режиссер, уже в другом высказывании, вполне определенно заявил, что его картину нельзя понимать только в связи с надвигающимся фашизмом. Ведь очевидно, что если бы речь шла о русских крестьянских детях, ровесниках ХХ века, то их трудно было бы в году эдак 1914-м уличить в симпатиях к сталинским репрессиям 30-х. Гораздо ближе приходятся революции 1917 года. В Германии же была своя революция, которая с позиций режиссера в картине, как раз и стала катализатором негативных сторон поведения низов общества, отвергнувшего былые устои. Фашизм, терроризм и прочие события ХХ века пошли следом. Во взглядах режиссера, среди прочего, можно обнаружить буржуазность и манипулятивность подхода к теме, так как дети при таком раскладе как в "Белой ленте", вряд ли бы могли принять порядок при Гитлере, так или иначе опиравшийся на церковь. Современной Европе, отметившей ленту австрийца, ближе позиция лавочника, которым в итоге становится главный герой картины - учитель. Можно было бы поспорить о смыслах "Белой ленты" и прочих лентах. Но дискуссий не предвидится.

Вероятным выходом из сложившейся ситуации самозамыкания кинокритики может стать перенос дискуссии в блогосферу. У большинства критиков есть собственные интернет-дневники, а также возможность писать в блогах на электронных сайтах своих изданий, где они могли бы, прочитав перед этим тексты своих коллег, критически высказываться о чьем-либо мнении. Вот где раздолье-то будет, учитывая полярность мнений прессы, - если, конечно, в диалог будет вступать другая сторона. Это принцип блогов, - комментирование другого, - но в данном случае ход дискуссии должен остаться конструктивным: стороны обязаны приходить к каким-то общим выводам, отстаивая свою позицию. Попытки организовать подобные дискуссии вызывают острый публичный интерес. По схожему принципу работает Александр Гордон на телевидении, хотя задачей продюсеров "Закрытого показа" и является создание накала эмоций у участников, зачастую заставляющий их переходить этические границы. За структурой данной передачи, включающей в себя изначально разделение позиций на "за" и "против", часто теряется цель прийти к согласию позиций. Другие же опыты отдельных, относительно удачных передач, таких как обсуждение фильма "Бумажный солдат" на канале "Культура" упираются в то, что в качестве участников приглашаются представители одного круга лояльных друг к другу людей, как следствие поющих дифирамбы своим старым знакомым, здесь же присутствующим. Удачен формат радиопередачи "Свобода в клубах", иногда касающейся кино в своих темах, но часто не успевающей из-за глобальности ставящихся задач и большого числа участников, развернуть дискуссию по отдельным темам на полную мощь.

Попытка перевести дискуссии в интернет, как современный интерактивный ресурс, станет, возможно, реальным шансом как для популяризации кино, так и выдвижения отдельных личностей, которые будут наиболее аргументированы в своих утверждениях. В идеале, сложившаяся структура общения различных деятелей культурного поля может стать аналогом старых добрых дискуссий, происходивших на страницах российских газет и толстых журналов. А так, поток нашей кинопрессы представляет лишь буйство графомании, где большинству вольно писать, что взбредет в голову, при этом получая за свой "труд" деньги. Если же автор будет понимать, что за свой словесный поток он может быть открыто осмеян коллегами, то будет более трепетно подходить к тексту. Того и глядишь, будут чаще к западной критике обращаться хотя бы. И у пытливого зрителя доверие к нашей кинокритике со временем появится, и будет он чаще читать про кино и смотреть его соответственно.

 Алексей Юсев, Ольга Березовская

* * *

Ниже в приложениях приводятся мнения критиков, согласно которым режиссер Триер попросту "псих ненормальный", и оттого ничего толкового снять не мог. Конечно, были и противоположные мнения. Кто-то даже предположил, что из-за смыслов этой картины критики будут спорить до посинения. Не будут. Им просто негде это делать.

Олег ЗинцовДля маньяка фон Триера кинематограф и он сам наверняка одно и то же

Ларс, а кто ты в дивном мире своих полнометражных фантазий, где все так точно просчитано и одновременно поражено червем безумия?

Вероника ХлебниковаАнтихрист - это, вы знаете, ложь, и Триер показал ее орудия

Вне поля зрения оставил то, против чего они бессильны и перед чем бессилен зрительный нерв.

Александр ФолинГлавный европейский кинопровокатор окончательно сбрендил

Всё-таки люди в большинстве своём не идиоты и им не надо вдалбливать свои идеи настолько изощрённым способом.

Элизабет Ахмед Мохамед"Антихрист" - целый сборник подсознательных страхов режиссера, зарождающий немалые сомнения в его психическом здоровье

И поэтому на протяжении всего фильма возникает вопрос: зачем же показывать широкой публике "фильм для себя"?!

rip1ey Роман ВолобуевПродукт определенно не слишком здорового (по крайней мере на момент съемок) ума, "Антихрист", тем не менее, совсем не хочется квалифицировать как частный медицинский случай

Не только потому, что большой художник, даже наевшись антидепрессантов, все равно неплохо конвертирует личный опыт в универсальный (кто чуть-чуть не узнает себя в двух мечущихся в тумане безымянных аллегориях, тот, видимо, по утрам здоровается с зеркалом).

Екатерина БарабашСамое последнее дело искать какие-то смыслы в "Антихристе", как не надо искать резона в галлюцинациях и бредовых речах пациентов психиатрических клиник

"Антихрист" - типичный пример искусства, рожденного где-то в глубинах сознания и вывернутого вместе с блевотой на свет Божий.

Валерий КичинЭто был скандальный провал режиссера, потерявшего вкус, чувство меры и, увы, кажется, разум

Это плоды творчества младенца, который разрывает куклу на части и пытается бессистемно приспособить ногу к носу или задницу - к причинному месту.

Коментарі rss
Тemptress | 27.10.2010 11:43 |

 чтото новенькое ?

а фоту в каком ракурсе ?

kuklean | 27.10.2010 16:07 |

ракурс -- дело хозяйское :)

Тemptress | 28.10.2010 08:59 |

это была шутка..

kuklean | 28.10.2010 09:02 |

Ну, я в курсе :)

Гість | 29.10.2010 12:55 |
Про Гордона так мало сейчас пишут, а он ведь реально крут. Здесь вот например нашла высказывания о литературе, может, кому-нибудь пригодятся
Пошук:
ІнформаціяСпілкуванняБізнесДозвілля
додати сайт | реклама на порталі | контекстна реклама | контакти Copyright © 1998-2010 <META> Усі права захищені