<МЕТА> - Украина | Блоги | Українська
<META> - Украина
Интернет
Реестр
Новости
Рефераты
Товары
Блоги
искать в сообществе КиноФестивали
Авторизация
Логин:
Пароль:
 
#

Календарь

 Июнь 
Пн
Вт
Ср
Чт
Пт
Сб
Вс
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
#

ВЕНЕЦИЯ-2010. Понятно, что ничего не понятно.

kuklean | 2010-09-10 00:25:08  
Сообщение прочтено 1353 раз

Из Венеции, где в разгаре, не поверите, Венецианский кинофестиваль, сообщают о новых премьерах Андрей Плахов (Коммерсантъ) и Антон Долин (Газета.Ru).

Смерти в Венеции. Фестивальную рутину оживили макабром.

Андрей Плахов

Каждый день венецианский экран обрушивает на публику множество премьерных фильмов, которых не видел на родине ни один киножурналист: за этим тщательно следит директор фестиваля Марко Мюллер. Главными темами стали голод, каннибализм, убийства, главным стилем — некрореализм. Из тронутой тленом Венеции — Андрей Плахов.

Некрореализмом в России называют течение питерского андерграунда, придумавшего в свое время игру со "жмуриками". В Венеции термин сгодился бы в применении к каждому второму фильму. "Post mortem" — гиньоль, поставленный чилийским режиссером Пабло Ларрейном. Он обратил на себя внимание еще пару лет назад картиной "Тони Манеро", герой которой, жалкий неудачник, мечтал выиграть конкурс имитаторов Джона Траволты. Дело происходило в середине 70-х годов, когда в Чили у власти была хунта, а на экранах мира свирепствовала "Лихорадка субботним вечером". Тему конформизма частного "маленького человека" Ларрейн продолжает в новой картине. Тот же актер Альфредо Кастро играет писаря морга, который отвечает за регистрацию и описание поступающих трупов, фиксирует результаты аутопсий. В один прекрасный день (это был день переворота) сюда завозят горы мертвых тел, и отдельно, с особыми почестями, описывают труп "важного человека" — Сальвадора Альенде. На этом историческом фоне разыгрывается макабрический роман героя с танцовщицей кабаре. Кислотный характер изображения как нельзя более подходит к описанию ситуации и эпохи.

В еще более экспрессивном ключе рассказал о цивилизованном варварстве нашего времени ветеран Ежи Сколимовский, не без сарказма назвавший свою картину "Необходимое убийство". Это почти бессловесная одиссея афганца Мухаммеда, по недоразумению захваченного доблестными американскими защитниками демократии и вывезенного в Польшу, где он сбегает от конвоя и блуждает в местных лесах. Выросший в раскаленных песках, он оказывается на тридцатиградусном морозе, его преследуют голод, свора собак и призраки минаретов. Героя играет Винсент Галло, заслуживший приз за лучшую роль хотя бы своими физическими страданиями. Второе его выступление в венецианском конкурсе — фильм "Обещания, писанные по воде", который он поставил как режиссер,- оказалось не столь удачным. Однако его тема — контакт со смертью и ее связь с эротикой,- заданная еще "Овсянками", стала ключевой для фестиваля. Как и мистическая тема воды: ее колдовская стихия и потусторонний мир тесно связаны в другой российской картине "Воодушевление", поставленной Галиной Мызниковой и Сергеем Проворовым по отдаленным мотивам Андрея Платонова и включенной в программу "Горизонты". Тут впору говорить о поэтическом некрореализме. Можно вспомнить и показанный в первые дни фестиваля "Норвежский лес" Ан Хун Трана. Итальянская пресса пишет в связи со всеми этими фильмами о "танатологическом кино" и даже об эстетике "этнопорно".

Если герой "Овсянок" вез, чтобы предать ритуальному сожжению, тело любимой женщины, в китайском "Котловане" — игровом дебюте известного документалиста Ван Бина — жена, приехавшая в трудовой лагерь, вынуждена вырывать тело мужа из горы трупов "идеологических врагов". Так строили социализм и закладывали фундамент нынешнего великого Китая полвека назад: видимо, это тоже были "необходимые убийства". Картина снималась на основе документальных свидетельств в пустыне Гоби с большим риском и втайне от пекинских властей. Ее протокольный стиль достигает почти платоновской мощи в бессловесных сценах, а сам фильм становится суровым обвинением некрофильскому коммунистическому режиму.

"Котлован" показали в качестве "фильма-сюрприза" в 8.30 утра, вызвав у не успевших позавтракать журналистов бурную физиологическую реакцию. Эпизоды с поеданием супа, сваренного из крысы, и остатков пищи из блевотины товарища — новое слово в некрореализме. Голод, доводящий до каннибальских эксцессов, вошел и в сюжеты других фильмов фестиваля. В американском фильме "Короткий путь Мика" режиссера Келли Рейхардт — кажется, первом "женском вестерне" — жертвами голода оказываются переселенцы, герои фронтира.

Единственным фильмом, где смерть не выглядела ни страшно, ни отвратительно, а весело и даже восхитительно, был костюмный экшен "Судья Ди и тайна призрачного пламени". Китайский классик Цуй Харк выстроил гигантскую декорацию буддийской пагоды и разыграл историю интриг эпохи династии Танг. Несколько функционеров императорского двора на глазах у всех самовоспламеняются и превращаются в горстки пепла. Загадку расследует выпущенный для этой цели из тюрьмы детектив, известный тем, что он не боится подрывать основы единовластия императрицы. Если этой картине с сумасшедшими спецэффектами, по мастерству, фантазийности, а главное легкости способной соревноваться с "Гарри Поттером" и "Аватаром", достанется "Золотой лев", никто даже не пикнет. Хотя, скорее всего, Квентин Тарантино проявит гражданскую позицию и наградит что-нибудь более серьезное и мрачное. И тоже, вполне вероятно, китайское.

Артисты анатомического театра

Антон Долин, Газета.Ru, 09.09.2010

Дневник Венецианского кинофестиваля: когда все французские киношники последних лет предстанут перед Страшным судом и будут отвечать за все, что натворили, их, возможно, помилуют ради одного праведника по имени Абделлатиф Кешиш.

Самый актуальный режиссер когда-то великой кинодержавы появился на свет в Тунисе, но вырос и обучился ремеслу во Франции. Сначала был актером и работал в театре, в 2001-м приступил к режиссуре. "Ошибка Вольтера" получила "Льва будущего" за лучший дебют в Венеции, "Увертка" была признана лучшим фильмом по версии премии "Сезар", "Кускус и барабулька" (единственная картина Кешиша в российском прокате) была награждена и Венецией, и "Сезарами".

Сегодня Кешиш — единственный француз, попавший во все международные рейтинги "главных режиссеров XXI века". Настало время для создания не просто очередного хорошего фильма, а шедевра — лучшего, на что способен автор в зените своих творческих возможностей. Именно таковым стоит признать "Черную Венеру", представленную в конкурсе 67-й Мостры.

Картина посвящена драматичной судьбе Саарти Баартман — южноафриканки, получившей в Европе начала XIX столетия прозвище "готтентотской Венеры". Предприимчивый антрепренер вывез ее как рабыню в Лондон, где с успехом показывал на Пикадилли. Затем его преемник перетащил Баартман в Париж, где ее демонстрировали как экзотическое животное светской публике. Все это время за ней охотились ученые, решившие доказать на ее примере превосходство белой расы над черной (основанием стала необычная внешность молодой женщины — форма черепа, размеры ягодиц и половых органов).

Своей цели они достигли только после ее смерти от нищеты и сифилиса в одном из парижских борделей. Ее органы и гипсовый слепок с тела были выставлены в Музее естественной истории вплоть до 1970-х годов. Только в начале нашего столетия останки Баартман были отправлены на родину, в ЮАР, где их предали земле с большими почестями.

А теперь, внимание, вопрос. Как сделать на этом материале фильм, который был бы чем-то большим, нежели правозащитный манифест? Необходимость противостоять угнетению женщин и чернокожих, а также искоренять рабовладельческие замашки белого человека очевидна и без всякого кино. Что может добавить к ужасающим фактам фильм, даже такой подробный и длинный (без малого три часа), как у Кешиша?

Как выяснилось, многое. Начать с формы. Кешиш, искушенный не только в современном, но и в классическом театре, а также в том, как совмещать современность с классикой ("Увертка" рассказывает о постановке пьесы Мариво французскими школьниками), составил масштабное полотно своего нового фильма из безупречных мини-спектаклей, цельных и неделимых мизансцен.

Готтентотская Венера выступает на Пикадилли: толпа визжит от ужаса и восторга, каждый мечтает прикоснуться к ее монументальной заднице. Суд над эксплуататором Баартман, на котором та неожиданно выступает в его защиту: она не рабыня — она свободная артистка. Саарти в парижском салоне: бравый гусар скачет на ней верхом, а она в точности копирует на варварском инструменте мелодию, наигранную скрипачом. Саарти и ученые: голая негритянка успешно сопротивляется толпе образованных мужчин в модных пиджаках. Саарти в либертинском гнезде разврата — и вновь спектакль показан от и до, во всей унизительной полноте. Наконец, Саарти в борделе — заключительный отрезок пути к сцене последнего театра, анатомического.

Драматургия Кешиша гуманна и беспощадна одновременно. Никаких лирических отступлений, никакого бэкграунда. Сплошное "здесь и сейчас". Декораций минимум, исторических красот нет вовсе. Точнее, декоративных деталей ровно столько, чтобы не забывать о временной дистанции. Режиссер смотрит не на костюмы — его интересуют только лица, и особенно лицо Саарти, впечатляющее своей абсолютной непроницаемостью. Недаром Кешиш взял на главную роль фактурную непрофессионалку — кубинку Яхиму Торрес, окружив ее лучшими французскими актерами. Вместе с ними мы поневоле становимся частью толпы, восхищенной, возбужденной и раздраженной феноменом Другого. Да, "Черная Венера" — фильм о Другом и трагической невозможности примирения с ним.

Кто этот другой? Африканец, дикарь, негр или просто женщина. Вспомнится и "Простодушный" Вольтера, процитированный Кешишем еще в первой его картине. Но в еще большей степени Другой — артист, человек на сцене (или на экране). "Черная Венера" — радикальное повествование о судьбе художника. Точнее, того, кто мнит себя художником, владеющим умами и душами зрителя, а по факту оказывается игрушкой потребителя. Хочет быть субъектом, но становится объектом. Эта картина о превращении человека в предмет, превращении буквальном: в финале Саарти предстает музейным экспонатом.

И единственный персонаж фильма (ясное дело, эпизодический), который чувствовал какое-то родство с ней, художник-натуралист из Академии Наук раскрашивает гипсовый слепок Саарье для демонстрации очередной толпе — толпе респектабельных ученых-расистов.

Для сегодняшнего кино, погрязшего в чисто формальной политкорректности, "Черная Венера" — произведение не менее подрывное и ценное, чем "Хижина дяди Тома" для мировой литературы позапрошлого века. Принято считать, что роман Гарриет Бичер-Стоу стал катализатором Гражданской войны в США. "Черная Венера", увы, вряд ли приведет к столь же глобальным последствиям. Но по меньшей мере выиграть на фестивале она может.

Винсент аль Маресьев

Антон Долин (Газета.ru)

Дневник Венецианского кинофестиваля: ползет, ползет, шишку съест — опять ползет; жирная свинья поет джазовые шлягеры на премьере в Канне; мое слово: хочу — дам, хочу — заберу.

Среди пустыни, спрятавшись в пещере с гранатометом на плече, он ждет приближения американских солдат. Когда те подходят к порогу его убежища, стреляет. Потом бежит. Его хватают, связывают, пытают. Он не говорит ни слова. Его затаскивают в автомобиль, затем в вертолет, потом опять в автомобиль, везут по незнакомой земле. Вдруг машина соскальзывает с заснеженной дороги, валится в кювет, и узник получает нежданную свободу. Он опять бежит, идет, ползет через лес. Ест кору, ягоды, муравьев, сырую рыбу. Попадает в капкан, выбирается из капкана. Убивает встречных: ему, террористу в бегах, не от кого ждать пощады. Он все еще не говорит ни слова. Молчит до финальных титров. Только из них мы узнаем, что его зовут Мохаммед.

Однако для венецианской публики герой "Убийства по существу", нового фильма Ежи Сколимовского — культового режиссера и близкого друга Романа Поланского, попросту Винсент Галло. Возможно, широкому зрителю (и читателю) это имя ничего не скажет: не каждый вспомнит смешного паренька из "Аризонской мечты" Кустурицы, и меньшинство видело вампирский интеллектуальный ужастик Клэр Дени "Что ни день, то неприятности". Тем более мало кто знаком с собственными фильмами Галло, ни один из которых в российский прокат не выходил.

Однако со времен каннской премьеры его "Бурого кролика" имя Галло в фестивальных кругах стало нарицательным. Та картина была экстремальным проявлением авторского начала, доведенного до абсурда: Галло — режиссер, сценарист, продюсер, композитор, оператор и главный (почти единственный) актер фильма. На протяжении полутора часов он молча движется по пустынным американским дорогам — сперва на автомобиле, потом на мотоцикле и опять на авто. В конце появляется актриса Хлое Савиньи; следует продолжительная и подробная сцена орального секса. Затем выясняется, что девушка давно мертва. Винсент опять садится за руль и тут же разбивается насмерть. По обломкам скачет бурый кролик. Финал.

"Бурый кролик" был освистан так, как не освистывали ни один фильм. Посреди показа, когда ползала покинуло помещение, маститый американский критик Роджер Эберт встал с места и стал громко петь джазовые шлягеры. Позже он написал, что худшего фильма не видел в жизни. Винсент Галло на официальной премьере вышел к публике и покаялся, пообещав больше не снимать кино. Потом опомнился и назвал Эберта жирной свиньей, пожелав тому скорейшей смерти. Критик не остался в долгу: "Я жирный, но могу похудеть, — отметил он. — А вот мистер Галло навсегда останется режиссером "Бурого кролика".

После прошлогоднего появления на экране в фильме Фрэнсиса Форда Копполы "Тетро" Винсент Галло набрался смелости вернуться к режиссуре, нарушив данное обещание. И название фильму дал соответствующее: "Обещания на воде". Венецианский фестиваль тут же взял его в конкурс, обеспечив таким образом актеру двойное присутствие — в качестве исполнителя главной роли в монотриллере Сколимовского и в качестве автора. Вновь вокруг фильма Галло возник миф еще более интересный, чем сама картина. Галло отказался показывать заранее хоть один кадр — даже в каталоге пусто. Не предоставил синопсиса ("Это фильм Винсента Галло. Другой информации не будет"). В графе "Комментарии режиссера" написал No comments. Отказался давать интервью. Отменил пресс-конференцию.

Все запросы переадресовал на e-mail vincentgallo@vincentgallo.com (каждый может попробовать написать, но вряд ли дождется ответа). Приехал в Венецию в черной маске на голове и очках поверх нее, будто грабитель банка или террорист. Как писали таблоиды, Галло был опознан по багажной бирке на чемодане.

В итоге для того, чтобы попасть на сеанс, надо было занимать очередь за час, хотя Галло в своей причудливой, поэтичной и минималистской черно-белой картине не порадовал любителей скандалов ни одной провокационной или откровенной сценой (живописная обнаженка с участием красивой бельгийской фотомодели Дельфин Бафор не в счет). То есть, плюнув публике в лицо, Винсент добился к себе большего внимания, чем мог бы надеяться в любой иной ситуации. Не было другого случая, чтобы настолько авангардное, на грани абстракции, кино вызывало такой публичный интерес.

Если пытаться пересказывать фильм, состоящий из серии флешбэков и фантазий-снов главного героя (в роли которого выступил — догадайтесь кто? — правильно, Винсент Галло!), то в нем поведана история человека, чья возлюбленная умерла от рака. Скорбя по ней, он поступает на работу в похоронное бюро. И бесконечно вспоминает: каждый миллиметр ее тела, каждое незначительное слово, каждое движение танца. Между прочим, сам Галло пережил несколько лет назад смерть любимой женщины и об этом сделал своего "Бурого кролика". Одержимость непростой темой лучше всего доказывает искренность автора; оскорбленность неадекватной реакцией на предыдущую картину отразилась на теперешнем вызывающем поведении Галло. Вознаграждение за все страдания — ажиотаж вокруг малобюджетной, скромной, интимной драмы, превращенной в кино. Честно говоря, довольно оригинальное.

Проживая такую судьбу в кинематографе, Винсент Галло оказался способен прожить на экране все что угодно. Отсюда прекрасный фильм Сколимовского, в котором перевернут расхожий стереотип: перед нами не западный человек в восточной пустыне, а восточный одиночка в зимнем европейском лесу ("Убийство по существу" снимали в Польше и Норвегии). И ведь он действительно ходил босиком по снегу в двадцатиградусный мороз, а опознать в бородатом безумном чужаке модного американского актера не сможет даже самый придирчивый судия. Чтобы сыграть такое, надо быть не просто артистом, а личностью. Винсент Галло — личность, причем незаурядная. Много вы знаете таких актеров?

#

Топ сообществ

Поиск:
ИнформацияОбщениеБизнесДосуг
добавить сайт | реклама на портале | контекстная реклама | контакты Copyright © 1998-2010 <META> Все права защищены